воскресенье, 12 мая 2013 г.

Проектиро­вание Секретариата ООН



 Для проектиро­вания Секретариата ООН была собрана международная группа, включавшая крупнейших архитек­торов, а эскиз, определивший общую схему, выполнил Ле Корбюзье, разра­ботку окончательного проекта взяла на себя американская фирма во главе с У. Харрисоном (род. 1903), связанным с семейством Рокфеллеров.
Комплекс, состоящий из 39-этажного корпуса Секретариата ООН и распластанных объемов зала заседаний и Генеральной Ассамблеи, на первый взгляд — осуществление идей функционализма конца 1920-х годов на более высоком уровне технических и экономических возможностей. Сам высотный объем был завершением начав­шегося в 1930-е годы процесса развития небоскреба-пластины, очертания кото­рого достигли простоты элементарного геометрического тела. Узкие торцовые фасады Секретариата (завершен в 1950 г.)—нерасчлененные гладкие плоскости, облицованные вермонтским мрамором, широкие фасады, обращенные к реке и городу,— гигантские стеклянные стены, подвешенные снаружи к железобетон­ной этажерке несущей конструкции. Однако в этой кустарно осуществленной конструкции многие проблемы еще не были решены: температурные изменения на громадной пло­скости нарушали герметичность стыков и дождевая вода при сильном ветре попадала внутрь, помещения получали избыточную освещенность и перегрева­лись летом. Харрисон, опираясь на достижения металлургической промышлен­ности, первым создал гигантскую поверхность, геометрия металлического кар­каса которой доведена до точности, считавшейся доступной только в машино­строении, а конструкция имеет подвижные и вместе с тем недоступные для влаги сочленения. Было налажено заводское производство элементов для таких конструкций. Стеклянные стены здания Сек­ретариата герметичны, среда внутри пол­ностью регулируется кондиционирова­нием воздуха. Потолок многоярусного вестибюля образован переплетением ме­таллических воздуховодов; они не под­черкнуты, не служат для нарочитого вы­явления насыщенности здания техни­кой — просто существуют как факт. Но­вый уровень строительства был достиг­нут— возникло сооружение, созданное средствами, которые ранее были прису­щи только машиностроению, и функцио­нирующее как машина. Однако холод­ная ясность и чистота элементарной гео­метрии очертаний не дали новой вы­разительности художественной форме. Бесстрастный практицизм здания, диссо­нирующий с самим его назначением, разочаровывал.